Суд признал необоснованным помещение в обсерватор туристки, вернувшейся из Тайланда до введения «ковидных» ограничений

5 февраля 2021

Dima_Skorina / Depositphotos.com

Суд счел, что постановление санврача города о принудительной изоляции петербурженки в обсерватор, хотя и не выходит за рамки полномочий санитарного врача, однако является необоснованным, а стало быть, – незаконным (Решение Куйбышевского районного суда г. Санкт-Петербурга от 22 декабря 2020 г. по делу № 2а-2438/2020).

Женщина вернулась в РФ из Тайланда 15 марта прошлого года. В этот момент еще не было издано никакого федерального акта об обязательной самоизоляции всех, кто приехал из-за рубежа или хотя бы конкретно из Тайланда (были требования о меднаблюдении за вернувшимися из Ирана и Кореи, требования о тестировании на КОВИД всех, кто вернулся из Европы, а также рекомендация городского врача об изоляции вернувшихся из Китая, Кореи, Италии, Испании, Франции и ФРГ). Постановление Главного санврача РФ о самоизоляции всех вернувшихся из-за рубежа появилось только 18 марта (вступило в силу 19 марта).

Поэтому туристка со спокойной душой вышла на работу. А через 10 дней главный санврач региона вынес постановление об ее изоляции в обсерватор до 2 апреля 2020 г. «ввиду нарушения ею условий изоляции, установленных для граждан, прибывших на территорию Санкт-Петербурга из-за рубежа». Сотрудники МВД препроводили женщину в обсерватор, где она провела полторы недели. Причем за все это время симптомов COVID-19 у неё так и не появилось, а ПЦР-тесты на коронавирус были отрицательными.

 Все важные документы и новости о коронавирусе COVID-19 – в ежедневной рассылке Подписаться

Полагая, что «заключение» в обсерваторе было незаконным, петербурженка попыталась оспорить его в суде, и, к удивлению многих, суд согласился с её доводами, а не с санитарным врачом:

согласно ст. 51 Федерального закона от 30 марта 1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» главные госсанврачи регионов имеют полномочия давать гражданам обязательные предписания, а также выносить мотивированные постановления о госпитализации для обследования или об изоляции больных инфекционными заболеваниями, представляющими опасность для окружающих, и лиц с подозрением на такие заболевания при угрозе возникновения и распространения инфекционных заболеваний, представляющих опасность для окружающих; при этом согласно ст. 33 указанного закона больные инфекционными заболеваниями, лица с подозрением на такие заболевания и контактировавшие с больными инфекционными заболеваниями лица, а также лица, являющиеся носителями возбудителей инфекционных болезней, подлежат лабораторному обследованию и медицинскому наблюдению или лечению и в случае, если они представляют опасность для окружающих, обязательной госпитализации или изоляции в порядке, установленном законодательством РФ; таким образом, у Главного государственного санитарного врача по Санкт-Петербургу имелась компетенция по вынесению оспариваемого постановления об изоляции административного истца в обсерватор, поскольку главный санитарный врач региона обладает таким правом; однако санитарный врач не представил доказательств обоснованности и необходимости вынесения оспариваемого постановления, а именно — он не доказал, что истица нарушала установленные условия изоляции для граждан, прибывших из-за рубежа; постановление Главного госсанврача № 7 от 18 марта 2020 г. (то самое, которое предусматривало 14-дневную самоизоляцию для всех «возвращенцев») вступило в силу 19 марта 2020 года и с этой даты стало обязательно для исполнения на территории РФ. Но ведь истица прибыла из-за рубежа до введения условия об обязательной самоизоляции – 15 марта 2020 года. Таким образом, на нее правило об обязательной самоизоляции после прибытия из-за рубежа не распространялось; при этом санитарный врач не выносил в адрес истицы никаких предписаний или постановлений об ее изоляции; следовательно, нарушений режима изоляции со стороны истицы не было, и оснований для помещения ее в обсерватор в виду нарушения режима изоляции у административного ответчика не имелось; при этом оспариваемое постановление нарушает права административного истца на передвижение, предусмотренные ст. 1, 8 Закона РФ от 25 июня 1993 г. № 5242-1 «О праве граждан РФ на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах РФ», в связи с чем спорное постановление признается незаконным.

Отметим, что принудительной посадкой в обсерватор дело не ограничилось: СКР всерьез рассматривал вопрос о возбуждении против истицы уголовного дела по ч. 1 ст. 237 Уголовного кодекса (Сокрытие информации об обстоятельствах, создающих опасность для жизни или здоровья людей, до двух лет лишения свободы). По счастью, следователем было вынесено постановление об отказе в возбуждении такого уголовного дела в связи с отсутствием в ее деянии состава преступления.