Фейковые новости: кто привлекается к ответственности за их распространение

Маргарита Сазонова

vladimirobradovic75@gmail.com / Depositphotos.com

Проблема распространения недостоверной информации – ложных сведений под видом достоверных – в Интернете обсуждается уже не первый год, в том числе на международном уровне. Законодательство разных стран дополняется положениями об ответственности за распространение фейковых новостей (от англ. fake news – ложные новости). Соответствующая тенденция существует и в РФ.

Ответственность за распространение фейковых новостей

Под фейковыми новостями в российском законодательстве понимается заведомо недостоверная общественно значимая информация, распространяемая под видом достоверных сообщений и создавшая определенную угрозу жизни или здоровью граждан, имуществу, общественному порядку и общественной безопасности (ч. 1 ст. 15.3 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»; далее – закон о защите информации).

И понятие такой информации, и ответственность за ее распространение в России появились в марте 2019 года: в закон о защите информации внесены соответствующие поправки, КоАП дополнен статьями, направленными на противодействие фейковым новостям. Так, распространение в СМИ и Интернете заведомо недостоверной общественно значимой информации под видом достоверных сообщений влечет административную ответственность в виде штрафа в размере от 30 тыс. до 100 тыс. руб. для граждан, от 60 тыс. до 200 тыс. руб. для должностных лиц, от 200 тыс. до 500 тыс. руб. для организаций с возможной конфискацией предмета административного правонарушения, если правонарушение совершено гражданином или юридическим лицом (ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ).

Куда более серьезная ответственность за распространение фейковых новостей предусмотрена в случае, когда оно повлекло создание помех функционированию объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры и т. п., – штраф для граждан составляет от 100 тыс. до 300 тыс. руб., для должностных лиц от 300 тыс. до 600 тыс. руб., а для юридических лиц – от 500 тыс. до 1 млн руб., с конфискацией предмета административного правонарушения или без таковой для граждан и юридических лиц (ч. 10 ст. 13.15 КоАП РФ). Повторное совершение данного правонарушения влечет наложение на граждан административного штрафа в размере от 300 тыс. до 400 тыс. руб., на должностных лиц – от 600 тыс. до 900 тыс. руб., на юридических лиц – от 5 млн до 10 млн руб.

Также был введен механизм ограничения доступа к такой информации Роскомнадзором по обращению Генеральной прокуратуры РФ (ч. 1.1-1.5 ст. 15.3 закона о защите информации). 

Увеличение числа распространяемых заведомо ложных новостей в период пандемии новой коронавирусной инфекции обусловило необходимость поиска новых решений для борьбы с такой недостоверной информацией. В апреле 2020 года ст. 13.15 КоАП РФ была дополнена новыми положениями. В отдельный состав правонарушения выделено распространение в СМИ и Интернете информации об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан, или о принимаемых мерах по обеспечению безопасности населения и территорий, приемах и способах защиты от указанных обстоятельств. К ответственности за данное правонарушение в виде штрафа в размере от 1,5 млн до 3 млн руб. с конфискацией предмета административного правонарушения или без таковой привлекаются только юридические лица (ч. 10.1 ст. 13.15 КоАП РФ). Если распространение фейковых новостей о перечисленных обстоятельствах повлекло смерть человека, причинение вреда здоровью человека или имуществу, массовое нарушение общественного порядка или общественной безопасности, штраф для юридических лиц составляет уже от 3 до 5 млн руб. (ч. 10.2 ст. 13.15 КоАП РФ).

Кроме того, публичное распространение заведомо ложной общественно значимой информации, повлекшее тяжкие последствия, теперь является уголовным составом (ст. 207.2 Уголовного кодекса), так же, как публичное распространение заведомо ложных сведений об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан (ст. 207.1 УК РФ).

Кто находится в зоне риска?

Несмотря на то, что борьба с распространением фейковых новостей представляется эффективным инструментом защиты общества от недостоверной информации, экспертным сообществом ведутся дискуссии о возможности применения положений рассмотренных статей как к журналистам и СМИ, так и к обычным интернет-пользователям. На тематическом мероприятии LF Академии и IP CLUB адвокат МКА «Липцер, Ставицкая и партнеры» Екатерина Абашина обратила внимание на то, что, судя по данным судебной практики, к ответственности по этим статьям привлекаются не только общественные активисты, журналисты, СМИ (хотя они в первую очередь), но и рядовые интернет-пользователи. Иными словами, любой пользователь, который ведет активную жизнь в сети – оставляет комментарии к постам в социальных сетях, общается в групповых чатах в мессенджерах, потенциально попадает в зону риска.

Примеры из судебной практики

Судебная практика по рассматриваемому вопросу неоднородна. Как отметила Екатерина Абашина, подходы к рассмотрению дел о фейковых новостях отличаются, в частности, в зависимости от субъекта РФ, в котором рассматривается дело. Эксперт также обратила внимание на то, что в таких делах плохо применяется презумпция невиновности и привлекаемое к ответственности лицо порой вынуждено доказывать достоверность распространенных сведений.

Однако в отношении некоторых вопросов о фейковых новостях судебная практика все же вносит ясность. Так, в одном деле суд разъяснил, что субъективная сторона публичного распространения фейковых новостей в СМИ и в Интернете в соответствии с ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ характеризуется прямым умыслом: лицо должно осознавать, что сообщает ложную информацию о вышеуказанных обстоятельствах и что это сообщение может вызвать панику, страх, беспокойство, нарушить общественную безопасность, и желает так действовать (Решение Верховного суда Республики Саха (Якутия) от 18 июня 2020 по делу № 7/1-132/2020). Мотив правонарушения при этом может быть различным и на квалификацию не влияет. Если лицо добросовестно заблуждается относительно соответствия действительности распространяемой информации, его ответственность исключается. В рассматриваемом случае суд отменил решение районного суда о привлечении лица к ответственности по ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ ввиду отсутствия состава административного правонарушения.

Но не всегда обжалование в вышестоящие суды приводит к отмене судебных актов о привлечении к ответственности по ст. 15.3 КоАП РФ, и в такой ситуации можно подумать об обращении в ЕСПЧ. Екатерина Абашина привела в пример кейс своего клиента. Он в апреле 2020 года оставил комментарий к посту пермского СМИ в социальной сети Instagram о том, что четверо его знакомых умерли от коронавируса, в то время как пост содержал официальную статистику о трех погибших от COVID-19 в Пермской области (на момент публикации поста). Гражданину был назначен штраф в размере 15 тыс. руб. Не получив правовую защиту в российских судах, он решил подать жалобу в ЕСПЧ – о нарушении ст. 6 (закрепляющей право на справедливое судебное разбирательство) и ст. 10 («Свобода выражения мнения») Конвенции о защите прав человека и основных свобод ETS № 005 (далее – конвенция о защите прав человека). Сейчас жалоба формируется.

Похожий случай был рассмотрен ЕСПЧ в ноябре 2020 года (жалоба № 36911/20 «Авагян против России»)1. В мае 2020 года гражданка А. оставила в социальной сети Instagram комментарий о неблагоприятной ситуации с коронавирусной инфекцией в регионе, в котором она живет. В комментарии она заявила, что в Краснодарском крае не было зафиксировано ни одного случая заражения коронавирусом, ни один пациент с положительным результатом теста не получил документ, подтверждающий наличие подтвержденной коронавирусной инфекции. 

В результате А. была привлечена к ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ, с назначением штрафа в размере 30 тыс. руб. Суд постановил, что ответчица не представила доказательств, опровергающих существование коронавирусной инфекции COVID-2019 в Краснодаре и Краснодарском крае, которые могли бы подтвердить правдивость информации, которой она поделилась в Интернете. Ответчица вину не признала, отметив, что сформировала свое мнение на основании открытых источников и интернет-публикаций, и ее утверждения нельзя квалифицировать как заведомо ложные, поскольку наличие коронавирусной инфекции в Краснодарском крае не было официально подтверждено или опровергнуто. В апелляционной жалобе она заявила, что суд не принял во внимание контекст публикации и переложил на нее бремя доказывания. От полиции суд не требовал представления каких-либо материалов, доказывающих, что ее утверждения не соответствовали действительности, и тем самым взял на себя роль обвинения в отсутствие государственного обвинителя во время судебного разбирательства. Также судом, по мнению А., не был учтен факт отсутствия вреда от ее публикации в виде создания опасности для чьей-либо жизни или здоровья. Поэтому штраф, по ее мнению, точно является чрезмерным наказанием, вместо него ей могло бы быть вынесено предупреждение. В июле 2020 года Октябрьский районный суд Краснодара отклонил апелляционную жалобу, сославшись на региональные правила предотвращения распространения инфекции COVID-19.

Рассмотрев данное дело, ЕСПЧ в ноябре 2020 года коммуницировал жалобу и предложил РФ оценить, имело ли место нарушение ст. 10 конвенции о защите прав человека («Свобода выражения мнения»), ответив на следующие вопросы.

Должны ли отдельные граждане придерживаться того же стандарта точности при их частном обмене информацией в Интернете, что и СМИ, в обязанность которых входит предоставление точной и надежной информации в соответствии с этическими нормами журналистики? Осознано ли опубликовал заявитель недостоверную информацию?  Можно ли квалифицировать данную информацию как социально значимую? Спровоцировал ли комментарий риски, предусмотренные ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ? Была ли у заявителя возможность воспользоваться презумпцией невиновности? Является ли предъявляемая санкция соразмерной характеру предполагаемому нарушению?

*** Отсутствие однородной судебной практики пока не вносит ясности в решение вопроса о том, кто может привлекаться к ответственности за распространение фейковых новостей: только журналисты и СМИ или любые интернет-пользователи. Однако, вынесение не только обвинительных, но и оправдательных приговоров дает надежду на то, что в будущем суды все же сформулируют четкие критерии привлечения к ответственности за публичное распространение недостоверной общественно значимой информации.

________________

1 Ознакомиться с материалами данного дела можно на официальном сайте ЕСПЧ.